Раз я видел, сюда му­жи­ки по­до­шли,

Де­ре­вен­ские рус­ские люди,

По­мо­ли­лись на цер­ковь и стали вдали,

Све­сив русые го­ло­вы к груди;

По­ка­зал­ся швей­цар. «До­пу­сти»,  — го­во­рят

С вы­ра­же­ньем на­деж­ды и муки.

Он го­стей огля­дел: не­кра­си­вы на взгляд!

За­го­ре­лые лица и руки,

Ар­мя­чиш­ка худой на пле­чах,

По ко­том­ке на спи­нах со­гну­тых,

Крест на шее и кровь на ногах,

В са­мо­дель­ные лапти обу­тых

(Знать, брели-то дол­гонь­ко они

Из каких-ни­будь даль­них гу­бер­ний).

Кто-то крик­нул швей­ца­ру: «Гони!

Наш не любит обо­рван­ной черни!»

И за­хлоп­ну­лась дверь. По­сто­яв,

Раз­вя­за­ли кошли пи­ли­гри­мы,

Но швей­цар не пу­стил, скуд­ной лепты не взяв,

И пошли они, солн­цем па­ли­мы,

По­вто­ряя: «Суди его Бог!»,

Раз­во­дя без­надёжно ру­ка­ми,

И, по­ку­да я ви­деть их мог,

С не­по­кры­ты­ми шли го­ло­ва­ми...

А вла­де­лец рос­кош­ных палат

Ещё сном был глу­бо­ким объят...

Ты, счи­та­ю­щий жиз­нью за­вид­ною

Упо­е­ние ле­стью бес­стыд­ною,

Во­ло­кит­ство, об­жор­ство, игру,

Про­бу­дись! Есть ещё на­сла­жде­ние:

Во­ро­ти их! в тебе их спа­се­ние!

Но счаст­ли­вые глухи к добру...

Не стра­шат тебя громы не­бес­ные,

А зем­ные ты дер­жишь в руках,

И несут эти люди без­вест­ные

Не­ис­ход­ное горе в серд­цах.

Что тебе эта скорбь во­пи­ю­щая,

Что тебе этот бед­ный народ?

Веч­ным празд­ни­ком быст­ро бе­гу­щая

Жизнь оч­нуть­ся тебе не даёт...

(Н. А. Не­кра­сов)